Сибирская Заимка
Походы Михаила Стадухина и открытие Камчатки…
Шаманство эвенков глазами русских наблюдателей…
   zaimka.ru / Архив 1998-2011 гг. / Освоение Сибири / …№8, 2000  

Спецпроекты:
Konkurs.Zaimka.Ru
Сообщество комьюнитиzaimka

Подписка на новости:
Сервис Subscribe.ru
[описание рассылки]

Легендарный пролив Аниан: «Аниан» или «Акиан»?
К проблеме происхождения названия пролива между Азией и Америкой и его изображений на географических картах ХVI-XVIII веков.

Бурыкин А. А.

ВЕРСИЯ ДЛЯ ПЕЧАТИ

 Поделитесь с друзьями:

История открытия Берингова пролива, разделяющего азиатский и американский континенты, всегда представляла собой один из сюжетов, привлекавших внимание отечественных историков и географов. Этому есть множество причин: данная тема позволяет очень рельефно осветить все русские географические открытия в Арктике, на Северо-Востоке Азии и на Северо-Западе Америки от первых известных арктических походов русских поморов и до экспедиций Витуса Беринга, в честь которого пролив в конце концов и получил свое наименование. При этом научная значимость проблемы была такова, что практически всегда позволяла ученым, во-первых, эффектно демонстрировать собственную эрудицию и привлекать в качестве источников сведений о восточной оконечности Азии самые разные документы начиная с сочинения Марко Поло, во-вторых, постоянно подчеркивать приоритет русских мореходов, землепроходцев и картографов в исследовании и описании Арктики перед европейскими путешественниками и картографами, в-третьих, постоянное расширение круга привлекаемых источников информации — документов и карт давало верный шанс надеяться на то, что проблема первых документальных или картографических сведений о проливе между Азией и Америкой рано или поздно найдет свое разрешение.

С течением времени сложилось так, что самая проблема истории морских плаваний на восток вдоль Арктического побережья Азии стали подменять собой два факта — изображение на картах пролива между Азией и Америкой в последней трети XVI века и название этого пролива — Аниан. К слову, сам пролив и его название не имеют абсолютной соотнесенности с изображением данного пролива на картах ни во времени, ни в пространстве: во-первых, название Аниан появилось позже первых изображений пролива, во-вторых, на некоторых картах оно принадлежит не только проливу, но и части прилегающей суши, причем соответствующее название относится к суше, лежащей по разные стороны пролива.

Пролив Аниан, отделяющий американский континент от Азии, стал изображаться на картах достаточно давно — как сообщает Р.Рамсей, Северная Америка отделена от Азии уже на карте Вальдземюллера 1507 года[1]. Впервые название «Аниан» появилось в брошюре итальянского картографа Дж. Гастальди в 1562 году, где приведены выдержки из не дошедшей до нас карты венецианца Матео Пагано. Но на известных картах Матео Пагано и на карте другого венецианца — Паоло Форани, вышедшей в свет также в 1562 году, такой пролив не обозначен вовсе. Первая карта, показывающая «пролив Аниан» была составлена венецианским картографом Залтиери несколько позже — в 1566 году. А голландский картограф Иодок Хондий в 1625 году выпустил карту, где поместил на северо-западном берегу Америки реку с названием Аниан — правда, современные географы читают это название как «Arian» и полагают, что оно связано с названием штата Орегон[2].

Это сравнение — на сегодняшний день единственная обоснованная попытка объяснить загадочное название «Аниан». Даже в такой консервативной области, как история гееографических открытий, научные материалы со временем устаревают, и то, что несколько десятилетий назад было непреложной истиной, ныне подчас не может быть принято всерьез. Так, сведения об истории появления пролива Аниан на картах и в атласах в том виде, какой был характерен для отечественной географической науки, изложенные в книге А. И. Алексеева «Береговая черта»[3], изданной через 10 лет после упомянутой выше работы Р.Рамсея, оказались уже не вполне точными. Впрочем, в еще более ранней книге Л. С. Берга есть подробности, отсутствующие у более поздних авторов: «На одной из карт Гастальди 1561 г. на крайнем Северо-Востоке Азии надписано Ania pro[vincia], а на карте 1562 г. Азия, как мы говорили, на востоке имеет границею Анианский пролив. Нужно сказать, что и до Гастальди старинные картографы изображали путь из Северной Европы в Китай и Индию вокруг восточной Азии свободным. Таков он на портолане неизвестного автора 1502 г. из собрания Ами, в атласе Птолемея, изданном в 1513 г., и т.д.»[4].

Как и другие исследователи, Л. С. Берг полагает, что источником названия Аниан послужило «Путешествие» Марко Поло. Но в наши дни, пожалуй, надо признать, что все стремления истолковать это название как восходящее к сочинениям известного итальянского путешественника ХШ века Марко Поло и связанное с названием области Аму в Китае более не имеют перспективы. Чтобы сравнивать название пролива между Азией и Америкой с названием удаленной от моря китайской провинции, надо было просто не читать 128 главы книги Марко Поло, где описывается область с таким названием[5]. Форма Аниу, фигурирующая в литературе как возможный источник названия пролива Аниан, представляет собой вариант одного из источников текста книги Марко Поло, а форма Анин — одно из возможных комментаторских прочтений малопонятного места текста[6].

К сожалению, это обычная практика историков — обнаружив в старом источнике какое-либо название, они пытаются приспособить его к какому-либо похожему названию в других более поздних источниках или на картах. При этом они не особенно утруждают себя вопросами, каким языкам принадлежат сравниваемые названия, каковы их значения, из каких документов они извлекаются и когда, кем и при каких обстоятельствах они впервые могли быть зафиксированы.

Хорошо известно, что западноевропейские картографы ХVI-XVII веков активно пользовались русскими источниками, в том числе и картами -"чертежами". А. И. Алексеев прямо пишет, что возникновению легенды о проливе Аниан способствовали сведения, проникающие в Европу из Московии, причем именно на этом основании итальянский ученый П.Иовий высказал предположение о возможности добраться на кораблях до Китая северным морским путем вокруг Азии[7].

Если считать, что часть сведений о Восточной Арктике почерпнута западноевропейскими географами из русских документальных свидетельств и карт, и отдавать безусловный приоритет русским источникам, то в отношении появления названия пролива Аниан в европейской картографии напрашивается следующее предположение. Мы считаем, что название Аниан представляет собой искаженное в передаче латинскими буквами название Северного Ледовитого Океана «АКИАН» — «Океан», принятое на русских картах вплоть до первой трети ХVIII века. Начертания букв К и Н в некоторых кириллических шрифтах XVI-XVII веков очень сходны с начертаниями латинского N, и латинская буква N иногда заменяла русскую букву К при транслитерации русских названий на европейских картах — так на карте Н.Витзена 1687 года название реки Камчатка записано как Kamtschetna. Поэтому весьма возможно, что перед нами ошибочное прочтение названия на одном из русских «чертежей», приналежащее кому-либо из западноевропейских географов или картографов. Исходя из этого становится понятным, почему название «Аниан» никогда не встречается на русских картах[8] — в соответствующем месте их имеется вполне понятная для русскоговорящего картографа и пользователя надпись «АКИАНЪ». Этим же может объясняться и различное содержание, вкладываемое в название «Аниан» разными европейскими картографами.

Впрочем, точка зрения, связывающая открытие пролива между Азией и Америкой с походами на восток вдоль Арктического побережья Азии является единственной только в отечественной научной традиции, закрепляющей все первенства в открытиях за русскими мореходами и путешественниками. Однако, точно так же, как отечественные исследователи безапелляционно возводят все рассказы об арктических морях и землях к русским источникам, американский историк географии Р.Рамсей без тени сомнения рассматривает все ранние сведения о проливе Аниан в той главе своей книги, которая рассказывает читателям о поисках Северо-Западного прохода — морского пути вокруг Севера Америки. Таким образом, для него совершенно не исключается, что «Пролив Аниан» мог быть открыт европейскими мореплавателями в XVI веке с севера или с юга во время путешествий по морям Американской Арктики.

С этих позиций для объяснения того, что именно может скрываться за названием «Аниан», весьма любопытны две карты — карта, изданная в 1576 году Хемфри Гилбертом, основателем английской колонии на Ньюфаундленде, и близкая к ней по времени карта Мартина Фробишера, первооткрывателя Баффиновой земли[9]. На карте М.Фробишера пролив Аниан отделяет Американский континент от Азии, причем к северо-западу от него показаны пять островов. Число островов, заметим, очень близко к действительному количеству островов в бассейне Чукотского моря — если считать острова Колючин, Врангеля, и три острова Диомида. На карте Х.Гилберта, насколько можно судить по ее воспроизведению, название Аниан относится не столько к проливу между Азией и Америкой, сколько к части Арктического побережья Азии. В связи с этим можно обратить внимание, что в глубине Колючинской губы (которую из-за ее величины и конфигурации вполне можно принять за пролив), на ее восточном побережье некогда располагалось чукотское становище под названием Анаян[10]. Это название в «Топонимическом словаре» не объяснено, но оно может соответствовать чукотскому слову оонъыян «ягодное место»,образованному от слова оонъылгын, мн. число унъэт, «ягода, ягоды» с суффиксом места =ян. Однако надо все же признать, что вероятность появления чукотского названия на европейских картах уже в ХVI веке, крайне мала. Тем более, что на других картах, в частности, на многих голландских картах первой половины XVII века латинская надпись «Anian regnum» — «Царство Аниан» относится к западной и юго-западной части Аляски.

Тем не менее некоторые рассказы о географическом положении Американской Арктики в ее северо-западной части, мало известные в отечественной научной литературе, но уже расцененные как фантастические, представляют интерес, во-первых, в отношении своих источников, во-вторых, в отношении содержащихся в них любопытных подробностей, которые далеко не всегда выглядят как вымысел. Сообщения о том, что Северо-Западный проход в 1579 году был открыт возле Ньюфаундленда на широте около 59 градусов, в 1568 году — со стороны Тихого океана на широте около 27 градусов, в 1592 году — также со стороны Тихоокеанского побережья, но на широте 47 градусов[11], можно назвать вымышленными лишь отчасти. Первая из названных точек на самом деле соответствует крайней восточной точке Северо-Западного прохода, вторая — Калифорнийскому заливу, который из-за его значительной протяженности к северу вполне можно было принять за пролив, третья точка соответствует проливу, отделяющему от материка остров Ванкувер. Таким образом, все эти сообщения очень напоминают ситуацию с ранними сведениями о Магеллановом проливе: в том самом месте, где его изображали некоторые источники, находится устье реки Ла-Платы[12].

Из считающихся легендарными рассказов о Северо-Западном проходе привлекает внимание сообщение о том, что в 1588 году испанец Лоренсо Феррер Мальдонадо проплыл через Северо-Западный проход из Испании к берегам Америки и тем же путем вернулся обратно. При этом в его описании Северо-Западный проход представляет собой последовательный ряд извилистых каналов, которые тянутся до 75 градуса северной широты. Подобное описание соответствует картине реально существующего Северо-Западного прохода и его истинному географическому положению, но историки тем не менее считают это случайным совпадением[13]. Заметим, однако, что история климатических изменений в ареале Берингова пролива в ХIV-XVI веках пока в большей мере интересовала этнографов, занимавшихся хозяйственной жизнью коренного населения[14], нежели историков-знатоков арктического мореплавания. Хотя если указанный период действительно характеризовался в Восточной Арктике более теплым климатом, что способствовало интенсивному промыслу китов коренным населением, то и условия для плавания английских и испанских кораблей в XVI веке в этом районе земного шара также должны были быть более благоприятными, нежели в последующие века.

К сожалению мы не располагаем свидетельствами, характеризующими состояние климата в Американской Арктике в последние 500 лет. Однако имеется возможность соотнести даты некоторых возможных плаваний по проливам Канадского Арктического архипелага с погодной летописью Европы[15]. Результаты таковы:

1509 год — год плавания Себастьяна Кабота, впервые сообщившего об архипелаге на Северо-Востоке Америки: в Западной Европе бесснежная зима;

1588 год — год предполагаемого плавания Лоренсо Мальдонадо по Северо-Западному проходу: очень ранняя весна и очень сырое лето;

1648 год — год плавания Семена Дежнева вокруг Северо-Востока Азии: засушливое лето.

Иными словами, во всех трех случаях можно предполагать, что ледовая обстановка в арктических морях должна была благоприятствовать плаванию вдоль азиатского побережья на восток или вдоль американского побережья — на восток или на запад.

Данных на другие интересующие нас годы, например, на 1640 год — год плавания Бартоломео де Фонте, или на 1647 год — год первого неудачного похода Дежнева, у нас нет. Но ясно, что вряд ли вымысел мореплавателей может заходить так далеко, что в качестве даты успешных плаваний называются именно те годы, которые должны были являться наиболее благоприятными для таких плаваний по расчетам, сделанным более трех столетий спустя.

Возьмем для контроля еще одно событие, реальность которого не может оспариваться: гибель экспедиции Джона Франклина в 1846–1848 годах в районе острова Кинг-Уильям[16]. В Западной Европе в эти годы зимы отличались необыкновенной суровостью. Случайность совпадений благоприятных и неблагоприятных погодных явлений и успешных результатов и неудач экспедиций практически исключается.

Надо быть справедливым и отметить, что историки географии и в предшествующие десятилетия обращали внимание на изменения арктического климата в течение последних четырех столетий и признавали то, что благоприятные условия для мореплавания способствовали открытию новых неизвестных земель в полярных арктических морях. Однако позиция этих ученых в наши дни выглядит достаточно странной. Один из крупнейших русских географов, Л. С. Берг, комментируя один из источников, писал:" «Таким образом, русские около 1580 г. плавали поперек Карского моря! Факт необычайно любопытный, показывающий, что в то время были в Карском море такие же благоприятные условия для судоходства, как и в 30-х годах ХХ в.»[17]. Однако тот же Л. С. Берг, обсуждая вопрос об открытии пролива между Азией и Америкой категорически отвергает возможность открытия этого пролива европейскими мореплавателями в ХVI веке, заключая:"На эти вопросы надо со всей категоричностью ответить: до Дежнева (1648) никто из европейцев в области Берингова пролива не плавал, а домысел о проливе между Азией и Америкой есть кабинетное измышление, случайно предвосхитившее истину. … Итак, Анианский пролив есть картографическая фантазия…"[18]. Разумеется, между характером ледовой обстановки в Западном и Восточном секторах Российской Арктики нет прямой зависимости, более того, она может в какие-то годы быть совершенно различной — это известно, однако в данном случае речь идет не о какой-то конкретной дате, а об общем характере климата Арктики ХVI века.

Таким образом, перед современными учеными открывается дилемма, дающая свободу выбора. Если исходить из того, что реальные или легендарные сведения о проливе между Азией и Америкой попадали в Европу из России, то можно выводить название «Аниан» из русского написания «Акианъ», относящемуся к Северному Ледовитому Океану и прочно державшемуся на русских картах в течение длительного времени. Однако отнюдь не невозможно сделать иное предположение — обратить внимание на ранние картографические изображения Северного побережья Американского континента и описания островов Канадского Арктического архипелага, и тогда название «Аниан» будет связываться с местной топонимикой — топонимикой Чукотки или Северо-Западной Америки.

В 1998 году исполнилось 350 лет со времени выхода отряда Семена Дежнева в свое историческое плавание, увенчавшееся походом вокруг северо-восточной оконечности Азии. Документы Дежнева — это первые из абсолютно достоверных свидетельств о плавании европейских мореходов через пролив между Азией и Америкой. Повторим еще раз — первые из достоверных свидетельств плавания через пролив, но не открытия самого пролива. Однако сообщения о более ранних плаваниях английских и испанских кораблей в арктических водах требуют как минимум проверки на вероятность подобных событий. Разумеется, даже признание того факта, что европейские мореплаватели несколько раз или хотя бы однажды прошли по Северо-Западному проходу, нисколько не умаляет заслуг Дежнева перед российским мореплаванием и историей русских географических открытий.

При этом, безусловно, история открытия пролива между Азией и Америкой явно представляет собой самостоятельный сюжет, отдельный от происхождения его названия «Аниан», и в целом выходит за рамки настоящей статьи. В заключение можно лишь заметить, что все содержащиеся в источниках сообщения о плаваниях испанцев и англичан по Северо-Западному проходу в ХVI-XVII веках во всех возможных направлениях ничуть не более фантастичны, нежели выведение названия «Аниан» из созвучных названий географических объектов Юго-Восточной Азии.

ADDENDA. Сообщения о «царстве Аниан» и «проливе Аниан» можно истолковать в виде гипотезы как полученные иностранцами от поморов из двух разных источников, но при этом неверно истолкованные. Дело в том, что единственным известным термином для пролива в русском языке XVI- XVII веков является слово «шар» -заимствованное из финноугорских языков слово saari, но с иным значением: не «остров», а «пролив»: гости называли море так, как хозяева называли сушу. Возможно, что в каком-то тексте устных расспросов слова Акиан «море» и шар «пролив» стояли рядом, и впоследствии в одном источнике слово «море» было принято за название пролива, а при обработке информации другого источника диалектное слово «шар», видимо, было принято за слово «царь» — возможно, таким образом царство и пролив получили одно название.

Примечания:

  1. Рамсей Р. Открытия, которых никогда не было. Перев. с англ. М., 1977 (2-е издание — М., 1982). С.117.
  2. Там же. С. 122–123.
  3. Алексеев А. И. Береговая черта. Магадан, 1987. С.17–19.
  4. Берг Л. С. История русских географических открытий. М., 1962. С.69.
  5. Книга Марко Поло. Алма-Ата, 1990. С.133–134. Об этом выдающемся итальянском путешественнике см. Г.Харт. Венецианец Марко Поло. М., 1956.
  6. Книга Марко Поло. Алма-Ата, 1990. С.278.
  7. Алексеев А. И. Береговая черта. С. 19.
  8. Там же. С.20.
  9. Магидович И. П. Очерки по истории географических открытий. М., 1957. С. 347, 357.
  10. Топонимический словарь Северо-Востока СССР / Сост. В. В. Леонтьев и К. А. Новикова. Магадан, 1989. С. 67.
  11. Рамсей Р. Указ. соч. С. 124–126.
  12. См.: Цвейг С. Подвиг Магеллана. М., 1980, С. 65–72, 134–138.
  13. Рамсей Р. Указ. соч. С. 134–135.
  14. См.: Арутюнов С. А., Крупник И. И., Членов М. А. «Китовая аллея». Древности островов пролива Сенявина. М., 1982.
  15. См.: Борисенков Е. П., Пасецкий В. М. Тысячелетняя летопись необычайных явлений природы. М., 1988.
  16. См. об этом: П. Фенимор Купер. Остров затерянных. М., 1970.
  17. Берг Л. С. История русских географических открытий. М., 1962, C. 66.
  18. Там же. С. 68, 69.
Поделитесь ссылкой с друзьями:
Сервис комментариев работает на платформе Disqus

 
Вернуться к началу страницы  

Искать в журнале Искать в интернете
© «Сибирская Заимка», 1998–2012