Сибирская Заимка
Промышленное освоение Якутии
в 1920–1930-е гг.
Мятеж
конфедералистов…
   zaimka.ru / Архив 1998-2011 гг. / Рецензии на книги / …№2, 2001  

Спецпроекты:
Konkurs.Zaimka.Ru
Сообщество комьюнитиzaimka

Подписка на новости:
Сервис Subscribe.ru
[описание рассылки]

[Рец. на кн.] ПЕТРОВ А.А. Язык и духовная культура тунгусоязычных народов. Этнолингвистические проблемы. «Монография». СПб., «Образование» (РГПУ имени А.И.Герцена), 1998. - 88 с.

Бурыкин А. А.

ВЕРСИЯ ДЛЯ ПЕЧАТИ

 Поделитесь с друзьями:

Народы Севера с их богатой древней культурой и языками, которые неплохо сохраняются в дальней тундре, и «вымирают» в обрусевающей диаспоре, нечасто становятся предметом внимания в проблемных междисциплинарных трудах. Увы, среди них есть «монографии», где это слово выносится на обложку, дабы издание не спутали с учебным пособием или программой курса лекций.

Представляемое сочинение начинается глобально: «Проблема взаимоотношений языка и культуры всегда волновала умы…» (с.3). Претензия сочинителя состоит в освещении проблем этнолингвистики применительно к «тунгусоязычным» народам, под которыми понимаются почему-то только народы северной группы, в основном эвенки и эвены.

Однако этнолингвистическая проблематика в сочинении сведена к обзору нескольких определений этнолингвистики. Поклявшись читателям в следовании взглядам Никиты Толстого и походя выбранив А. С. Герда за внимание к материальной культуре в этнолингвистике, автор в первой главе труда пытается интегрировать в этнолингвистику такие науки, как социолингвистика, лингвофольклористика, лингвострановедение и изобретенная в РГПУ «этнофилология», очевидно, находящая самое яркое выражение в оценке общеобразовательного уровня северян-герценовцев.

Глава II «Этнолингвистические исследования тунгусо-маньчжурских языков» (с.17–74) представляет собой не что иное как краткий исторический обзор исследований по языкам и этнографии тунгусских народов. Но тут в «этнолингвисты» попадают все, кто занимался этнографией и владел языками северных народов — Л. Я. Штернберг, В. Г. Богораз, Г. М. Василевич, В. И. Цинциус, хотя владение двумя научными специальностями для них вовсе не означало создания новой науки.

Шесть страниц (с.23–28) уделены проблеме «Лексика языка и духовная культура», и из них половина занята запевами танцев. Цитата из раздела:

«На фонологию — закон гармонии гласных — обратил внимание А. М. Щербак (термин-то музыкальный!). Все (в тюркских и тунгусо-маньчжурских языках в разной степени) гласные звуки, подчиняясь этому закону, могут быть или переднего или заднего ряда. Это создает определенное благозвучие речи. Особенно заметно оно, когда поют или говорят стихами (например, олонхо). Это же явление наблюдается в запевных словах Хэде (эвенского танца — А.Б.), количество слогов может быть каким угодно, но обязательно согласно закона (sic!) сингармонизма. В этом же ряду находится характеристика персонажей эпических произведений по их монологам, речи…» (с.27 стиль и скобки автора -А.Б.).

Отметим лишь то, что сингармонизм в тюркских языках был известен лет за 100 до А. М. Щербака, но как раз его сменил наш автор в должности заведующего одной из кафедр, к остальному же комментарии излишни.

11 страниц книги уделено «Языковой картине мира тунгусов», где в отдельный параграф в 3 страницы выделен «менталитет». Примечательно, что автор цититует В. В. Колесова не по первоисточнику, а по статье профессора РГПУ. Т. К. Донской, очевидно, руководствуясь тем, кто «ближе к телу». Но «языковой картины мира» мы так и не найдем, как нет и там и «менталитета» — о последнем заметим, что рецензент за 10 экспедиций к эвенам особого «менталитета» у них не обнаружил. Из полевой практики нам известно, что «менталитет» возникает при незнании или плохом знании языка общения наблюдателем, и отсутствует в остальных ситуациях. Этюды об олене и медведе в духовной культуре тунгусов эклектически объединяют фрагментарные списки названий животных, отрывки из фольклорных текстов и откровенно стилизованные «под натуру» произведения современных писателей и поэтов. Сославшись на старую работу С.Худекова «История танцев» (СПб., 1913), А. А. Петров пытается приписать отрицание бытования танцев у северных народов во всей предшествующей лично ему традиции (с.25), однако это явно идет вразрез с источниками XVIII-XIX веков, содержащими описания танцев многих народов Севера, а иногда и нотировки мелодий. При внимании к «менталитету» автор, кажется, и не слышал о книге Г. Г. Шпета «Введение в этническую психологию» (1927), многократно переизданной в последнее время, а также о коллективном труде с тем же названием, изданном учеными СПбГУ в 1995 г. Зато педагоги из РГПУ, похоже, внесли мощный вклад в науку о народах Севера — такое впечатление складывается из мелькания фамилий и ссылок на сборники тезисов их докладов.

Поражает обращение автора книги с научной литературой. Цитата: "А. А. Бурыкин… отмечает разнообразие сюжетов и наличие мифологических рассказов о медведе у многих народов северо-восточной Азии и Северной Америки (ссылка на сборник "Системные исследования взаимосвязи древних культур Сибири и Северной Америки, вып. 4. СПб., 1996). А. А. Петров намеренно умалчивает, что в названной статье содержится структурный анализ текстов мифов и их вариантов с выводами этноисторического характера, а также о том, что в работе описываются только медвежьи мифы вне религиозных представлений, ибо целью работы было конкретное описание текстов, а не безразмерная и беспредметная «этнолингвистика», наличие же этих рассказов не нуждалось в констатации. В качестве источника фактов автор опирается в числе прочего на рассказы Г.Кэптукэ-Варламовой (с.59), научные труды и литературные сочинения которой так же отражают эвенкийскую действительность, как ее отражает забытый эстрадный жанр художественного свиста.

Последняя, III глава книги «Этнолингвистика в системе культурологического образования» (с.74–82) странным образом соединяет выдержки из записки к учебному плану студентов-культурологов и статью «Волк» из якобы составленного автором словаря «Табу и эвфемизмы тунгусов»(с.77–79), почти треть которой составляют почему-то европейские материалы. Если такой словарь имеется у автора, его можно было бы включить в рассматриваемое издание целиком.

Некоторые частные замечания для лингвистов. Эвенское слово хинмач имеет значение «быстро», а не «быстрая часть танцев» (с.26). Обнаружив окказиональные наименования типа «дуделка», «свистелка», А. А. Петров считает их названиями… утраченных музыкальных инструментов (там же). Когда-то эвенка-педагог М. Н. Амамич попыталась усмотреть какой-то смысл в междометных словах-выкриках эвенского танца: в новой работе А. А. Петров считает этот нонсенс чем-то доказанным, ссылаясь для авторитета на другую свою же публикацию (там же). Автор книги "Проблемы белорусской этнолингвистики М.Антропов превратился в Антропау (с.11), и автор так и не смог декодировать белорусское написание этой фамилии.

Общее же впечатление таково. Этнолингвистической картины тунгусских народов мы не увидели — вместо нее нам уже не в первый раз представили клочки из знакомых словарей, изданных фольклорных текстов и литературы для детей. Не нашли мы там и собственных построений автора, хотя все сибиреведы обычно опираются на ими же собранный фактический материал. Отсутствие иллюстраций в работе стало верными признаком того, что автор не уразумел, как по-тунгусски называется тот или иной предмет и боится наделать ошибок. Он стремится еще раз пытается показать свои лингвистические познания, но и это не получилось — рельефной иллюстрацией к его теоретическому уровню и стилю изложения служат приведенные цитаты. Степень же знания им эвенского языка наглядно видна из того, что рецензия на его книгу «Лексика духовной культуры эвенов», напечатанная в 1992 г. на эвенском языке в чукотской газете «Мургин нутэнут» («Наш край») переводилась для автора и его редактора Н. И. Гладковой их коллегами вкупе со студентами, знающими родной язык…

Приходится признать, что трудами по «картине мира» среди сибиреведов пока не все гладко. А. А. Петров сделал заявку на различение «картины мира психически нормального человека и человека с психопатологическими отклонениями» (с.30). Картина мира психически нормального тунгуса нам так и не явлена. Что же касается собственной картины мира не очень квалифицированного педагога с претензиями в области «этнолингвистики» — теперь об этом мы имеем полное представление. Приносим извинения читателям за то, что рецензии на отдельные труды порой превращаются в фельетон — ничего не поделаешь, «менталитет»…

Поделитесь ссылкой с друзьями:
Сервис комментариев работает на платформе Disqus

 
Вернуться к началу страницы  

Искать в журнале Искать в интернете
© «Сибирская Заимка», 1998–2012